Критерии приемлемости жалоб в ЕСПЧ согласно подпункту «b» пункта 3 статьи 35 Конвенции


Recommended Posts

НОВЫЙ КРИТЕРИЙ ПРИЕМЛЕМОСТИ СОГЛАСНО ПОДПУНКТУ «b» ПУНКТА 3 СТАТЬИ 35 КОНВЕНЦИИ: ПРИНЦИПЫ, ВЫРАБОТАННЫЕ  ПРЕЦЕДЕНТНОЙ ПРАКТИКОЙ ЗА ДВА ГОДА

I. Введение 

1. Целью настоящего обзора является определение принципов прецедентной практики Суда относительно нового критерия приемлемости согласно подпункту «b» пункта 3 статьи 35 Конвенции, выработанных за первые два года действия данного положения. Следует напомнить, что право применения этого критерия было предоставлено исключительно Палатам и Большой Палате1 на период с 1 июня 2010 года по 31 мая 2012 года. В соответствии со статьей 20 Протокола № 14 новое положение стало применяться ко всем жалобам, ожидающим рассмотрения Судом, за исключением уже признанных приемлемыми. Подпункт «b» пункта 3 статьи 35 Конвенции гласит: «Суд объявляет неприемлемой любую индивидуальную жалобу, поданную в соответствии с положениями статьи 34, если он сочтет, что: <…> (b) заявитель не понес значительный ущерб, если только принцип уважения прав человека, как они определены в настоящей Конвенции и Протоколах к ней, не требует рассмотрения жалобы по существу, а также при условии, что на этом основании не может быть отказано в рассмотрении дела, которое не было надлежащим образом рассмотрено внутригосударственным судом».

2. Однако на этом этапе следует отметить, что формулировка нового критерия, вероятно, вскоре будет изменена в соответствии с пожеланиями Высоких Договаривающихся Сторон, выраженными в Брайтонской декларации (20 апреля 2012 года): «15. c) [Конференция] приходит к заключению о том, что в подпункт «b» пункта 3 статьи 35 Конвенции следует внести изменения и исключить слова «а также при условии, что на этом основании не может быть отказано в рассмотрении дела, которое не было надлежащим образом рассмотрено внутригосударственным судом», и предлагает Комитету министров принять соответствующие изменения до конца 2013 года». 

1 Пункт 2 статьи 20 Протокола № 14. 2 См. Пояснительный комментарий к Протоколу № 14 (CETS No. 194), пункты 78 и 80. 3 Там же, пункт 80. 

3. Все согласны с тем, что положения, содержащиеся в новом критерии, открыты для их толкования и наделяют Суд определенной степенью гибкости в дополнение к той, которая уже обеспечена существующими критериями приемлемости2. Эти положения не имеют исчерпывающего определения, как и многие другие положения, используемые в Конвенции. Следовательно, Высокие Договаривающиеся Стороны ожидают, что Суд выработает объективный критерий для применения нового правила посредством постепенного развития прецедентной практики3.  

II. Цель нового критерия приемлемости 

4. Цель нового критерия приемлемости заключается в том, чтобы обеспечить более быстрый отсев безосновательных жалоб и тем самым позволить Суду сосредоточить внимание на его основной задаче по обеспечению защиты прав человека на европейском уровне4. Высокие Договаривающиеся Стороны прямо выразили желание, чтобы Суд уделял больше времени делам, действительно заслуживающим рассмотрения по существу, как с точки зрения законных интересов индивидуальных заявителей, так и в более широком плане обеспечения выполнения положений Конвенции и сохранения общественного порядка Европы5. 

5. В 2010 году Высокие Договаривающиеся Стороны предлагали Суду ввести в действие в полном объеме новый критерий приемлемости и рассмотреть другие возможности применения принципа de minimis non curat praetor6. Также в 2011 году Суду предложили «ввести в действие в полном объеме новый критерий приемлемости в соответствии с принципом de minimis» [малозначительности]7. 

4 Там же, пункты 39 и 77–79. 5 Там же, пункт 77. 6 См. План действий, принятый на Конференции высокого уровня о будущем Европейского Суда по правам человека в г. Интерлакене 19 февраля 2010 года, пункт 9 (c). 7 Конференция высокого уровня по вопросу о будущем Европейского Суда по правам человека, проведенная Советом Европы в г. Измире 26–27 апреля 2011 года. 8 Также следует отметить, что в решении по этому делу Суд не приводит подробный анализ первой и второй защитных оговорок, как он это обычно делает. 

III. Процедура 

6. Суд может применить новый критерий приемлемости, либо по собственной инициативе (Адриан Михай Ионеску против Румынии (реш.) (Adrian Mihai Ionescu v. Romania (dec.)), № 36659/04, пункт 35, 1 июня 2010 года), либо в ответ на возражения со стороны властей (Гаглионе и другие против Италии (Gaglione and Others v. Italy), № 45867/07 и другие, 21 декабря 2010 года). В некоторых делах Суд проверяет соблюдение нового критерия до рассмотрения других требований о приемлемости (Королев против России (реш.) (Korolev v. Russia (dec.)), № 25551/05, ЕСПЧ 2010; Ринк против Франции (реш.) (Rinck v. France (dec.)), № 18774/09, 19 октября 2011 года; Гафтонюк против Румынии (реш.) (Gaftoniuc v. Romania (dec.)), № 30934/05, 22 февраля 2011; Буров против Молдовы (реш.) (Burov v. Moldova (dec.)), № 38875/03, 14 июня 2011 года, и Шефер против России (реш.) (Shefer v. Russia (dec.)), № 45175/04, 13 марта 2012 года). В других делах Суд переходит к применению нового критерия после рассмотрения вопроса о выполнении всех других требований (см. Адриан Михай Ионеску (Adrian Mihai Ionescu, упоминаемое выше), и Холуб против Чешской Республики (реш.) (Holub v. the Czech Republic (dec.)), № 24880/05, 14 декабря 2010 года). В одном деле – Мюньер против Франции ((реш.) (Munier v. France (dec.)), № 38908/08, 14 февраля 2012 года) – Суд отклонил требования заявителя на основании пункта 1, подпункта «b» пункта 3 и пункта 4 статьи 358.

IV. «Значительный вред» 

7. Основным элементом нового критерия приемлемости является вопрос о том, причинен ли заявителю «значительный вред». В упоминаемом выше деле Шефер (Shefer) Суд отметил, что, хотя между тремя элементами подпункта «b» пункта 3 статьи 35 и не существует формальной иерархии, вопрос о «существенном вреде» является главным элементом нового критерия. Тем не менее в деле Фингер против Болгарии (Finger v. Bulgaria) (№ 37346/05, 10 мая 2011 года) Суд отказался определять, причинен ли заявителю существенный вред ввиду предположительно необоснованной продолжительности судебного разбирательства по ее делу, поскольку он счел, 

что требования первого и второго элементов не были выполнены. Кроме того, в деле Флисар против Словении (Flisar v. Slovenia) (№ 3127/09, 29 сентября 2011 года) возражение властей со ссылкой на новый критерий было отклонено, поскольку требования второй защитной оговорки не были выполнены. При этом Суд не стал рассматривать вопрос о значительном вреде. Однако этот подход, судя по всему, не является обычным. В большинстве случаев Суд использует иерархический подход, при котором каждый элемент нового критерия рассматривается по очереди.  

8. Элемент «значительного вреда» основан на идее, что нарушение права, независимо от того, насколько существенным было такое нарушение с чисто правовой точки зрения, должно достичь минимальной степени тяжести, чтобы быть рассмотренным международным судом. Нарушения, являющиеся чисто техническими и незначительными за пределами формалистических рамок, не заслуживают рассмотрения Судом (дело Шефер (Shefer), упоминаемое выше). Оценка этой минимальной степени, по сути, относительна и зависит от всех обстоятельств дела. Серьезность нарушения должна оцениваться с учетом субъективного восприятия заявителя и того, что объективно «поставлено на карту» в рамках конкретного дела (дело Королев (Korolev), упоминаемое выше). Однако одного лишь субъективного восприятия заявителя недостаточно для того, чтобы прийти к выводу о том, что ему/ей причинен «значительный вред». Субъективное восприятие должно быть подкреплено объективными основаниями (Ладыгин против России (реш.) (Ladygin v. Russia (dec.)), № 35365/05, 30 августа 2011 года). Нарушение Конвенции может затрагивать принципиальные вопросы и тем самым причинять значительный вред в отсутствие материальных интересов (дело Королев (Korolev), упоминаемое выше). В деле Джуран против Румынии (Giuran v. Romania) (№ 24360/04, 21 июня 2011 года) Суд установил, что заявителю причинен значительный вред, поскольку в ходе разбирательств поднимался принципиальный для него вопрос, а именно его право на уважение имущества и жилища. Это было установлено, несмотря на тот факт, что целью судебного разбирательства на внутригосударственном уровне, ставшего предметом жалобы, являлось изъятие краденого имущества стоимостью 350 евро из квартиры заявителя. Дальнейшая практика должна помочь в прояснении точной взаимосвязи между «субъективным восприятием, подкрепляемым объективными основаниями», с одной стороны, и «личным вопросом принципа» – с другой. 

9. Кроме того, при оценке субъективной значимости вопроса для заявителя Суд может принять во внимание поведение заявителя, например пассивность в ходе судебного разбирательства в течение определенного периода, которая продемонстрировала, что в данном случае нельзя сказать, что дело имело для заявителя большое значение (дело Шефер (Shefer), упоминаемое выше). В деле Джусти против Италии ((реш.) (Giusti v. Italy (dec.)), № 13175/03, 18 октября 2011 года) Суд ввел конкретные новые элементы, которые следует принимать во внимание при определении минимального уровня серьезности, чтобы оправдывать рассмотрение жалобы международным судом, а именно природу предположительно нарушенного права, серьезность заявленного нарушения и (или) потенциальные последствия нарушения для личной ситуации заявителя. При оценке этих последствий Суд, в частности, рассматривает, что «поставлено на карту» или какой результат судебного разбирательства на внутригосударственном уровне.

(A) ОТСУТСТВИЕ ЗНАЧИТЕЛЬНОГО МАТЕРИАЛЬНОГО УЩЕРБА 

10. В большом числе рассмотренных Судом дел степень значимости определяется с учетом финансовых последствий, касающихся предмета спора, и важности дела для заявителя. Финансовые последствия оцениваются не только с учетом морального вреда, о котором утверждает заявитель. В деле Киуси против Греции ((реш.) (Kiousi v. Greece (dec.)), № 52036/09, 20 сентября 2011 года) Суд постановил, что сумма требуемой компенсации морального вреда в размере 1 тыс. евро не имеет отношения к оценке вопроса, который действительно является 

важным для заявителя. Это произошло потому, что размер морального вреда зачастую определяется самим заявителем на основании собственных рассуждений относительно ценности судебного процесса. 

11. Что касается незначительных финансовых последствий, то Суд пришел к выводу об отсутствии «значительного вреда» в следующих делах, в которых рассматривался вопрос о суммах, равных или не превышающих 500 евро: 

- в деле, где предметом судебного разбирательства являлась сумма в размере 90 евро (дело Адриан Михай Ионеску (Adrian Mihai Ionescu), упоминаемое выше); 

- в деле о невыплате властями заявителю суммы, эквивалентной менее чем одному евро (дело Королев (Korolev), упоминаемое выше); 

- в деле о невыплате властями заявителю суммы, примерно равной 12 евро (Васильченко против России (Vasilchenko v. Russia), № 34784/02, пункт 49, 23 сентября 2010 года); 

- в деле о штрафе за нарушение ПДД в размере 150 евро и о внесении в водительское удостоверение заявителя отметки об одном штрафном очке (дело Ринк (Rinck), упоминаемое выше); 

- задержка выплаты суммы в размере 25 евро (дело Гафтонюк (Gaftoniuc), упоминаемое выше); 

- отказ в возмещении суммы в размере 125 евро (Штефанеску против Румынии (реш.) (Stefanescu v. Romania (dec.)), № 11774/04, 12 апреля 2011 года); 

- невыплата властями заявителю суммы в размере 12 евро (Федотов против Румынии (реш.) (Fedotov v. Romania (dec.)), № 51838/07, 24 мая 2011 года); 

- невыплата властями заявителю суммы в размере 107 евро, а также возмещения расходов и издержек в размере 121 евро, всего 228 евро (Буров против Молдовы (реш.) (Burov v. Moldova (dec.)), № 38875/08, 14 июня 2011 года); 

- в деле о штрафе в размере 135 евро, расходах в размере 22 евро и внесении в водительское удостоверение заявителя отметки об одном штрафном очке (Фернандез против Франции (реш.) (Fernandez v. France (dec.)), № 65421/10, 17 января 2012 года); 

- в деле, в котором Суд отметил, что требуемая сумма материального ущерба составляет 504 евро (дело Киуси (Kiousi), упоминаемое выше); 

- в деле, в котором первоначальное требование заявителя к своему адвокату в размере 99 евро рассматривалось в дополнение к тому факту, что заявителю уже была присуждена сумма, эквивалентная 1515 евро, за продолжительность судебного разбирательства по существу (Гавелка против Чехии (реш.) (Havelka v. the Czech Republic (dec.)), № 7332/10, 20 сентября 2011 года); 

- в деле о задолженности по выплате заработной платы в размере 102 882 армянских драм9 (Гуруян против Армении (реш.) (Guruyan v. Armenia (dec.)), № 11456/05, 24 января 2012 года); 

- в деле о возмещении расходов в размере 227 евро (Шумбера против Чешской Республики (реш.) (Sumbera v. the Czech Republic (dec.)), № 48228/08, 21 февраля 2012 года); 

- в деле об исполнении судебного акта о выплате суммы в размере 34 евро (дело Шефер (Shefer), упоминаемое выше). 

12. В упоминаемом выше деле Гавелка (Havelka) Суд принял во внимание тот факт, что, хотя присужденная сумма в размере 1515 евро, строго говоря, не могла считаться соответствующим 

9 В самом решении не указана эквивалентная сумма в евро, но она составляет примерно 200 евро. 

и достаточным возмещением согласно прецедентной практике Суда, такая сумма не отличалась от суммы надлежащей справедливой компенсации настолько, чтобы причинить заявителю значительный вред. 

13. Наконец, Суд осознает, что материальный ущерб не следует измерять в абстрактных понятиях; даже небольшой материальный ущерб может быть значительным с учетом особого положения заявителя и экономической ситуации в стране или регионе, где он или она проживает. Следовательно, Суд рассматривает последствия материального ущерба с учетом ситуации заявителя. В упоминаемом выше деле Фернандез (Fernandez) тот факт, что заявитель являлась судьей административного апелляционного суда в г. Марселе, был учтен Судом при принятии решения о том, что штраф в размере 135 евро не являлся для нее значительной суммой. 

14. И наоборот, если Суд приходит к выводу о том, что заявителю был причинен существенный материальный ущерб, новый критерий может не применяться. Это имело место в следующих делах: 

- в деле, в котором были установлены задержки сроком от девяти до 49 месяцев в исполнении постановлений, вынесенных на основании закона Пинто, в которых речь шла о суммах в размере от 200 до 13 749,99 евро (дело Гаглионе и другие (Gaglione and Others), упоминаемое выше); 

- в деле о задержках в выплате компенсаций за принудительное отчуждение собственности, размер которых достигал десятков тысяч евро (Санчо Круз и 14 других дел («Аграрная реформа») против Португалии (Sancho Cruz and 14 other «Agrarian Reform» cases v. Portugal), № 8851/07 и другие, пункты 32–35, 18 января 2011 года); 

- в деле об оспариваемых правах наемного работника, в котором сумма требования составляла приблизительно 1800 евро (Живич против Сербии (Tivic v. Serbia), № 37204/08, 13 сентября 2011 года); 

- в деле о продолжительности гражданского судопроизводства, которое длилось 15 лет и пять месяцев, и об отсутствии какого-либо средства правовой защиты согласно закону Пинто, где требование составляло «важную сумму» (дело Джусти (Giusti), упоминаемое выше); 

- в деле о продолжительности гражданского судопроизводства, в котором предметом спора была сумма пособия по инвалидности, которая не являлась незначительной (Де Иесо против Италии (De Ieso v. Italy), № 34383/02, 24 апреля 2012 года). 

(Б) ОТСУТСТВИЕ ЗНАЧИТЕЛЬНОГО ВРЕДА НЕМАТЕРИАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА 

15. Тем не менее Суд рассматривает не только дела о незначительных финансовых суммах. Фактический исход разбирательства на внутригосударственном уровне может иметь не только финансовые последствия. В упоминаемом выше деле Холуб (Holub), в делах Братфи Заткове, а.с., против Чешской Республики ((реш.) (Bratfi Zatkove, a.s., v. the Czech Republic (dec.)), № 20862/06, 8 февраля 2011 года), Матушек против Чешской Республики ((реш.) (Matousek v. the Czech Republic (dec.)), № 9965/08, 29 марта 2011 года), Чавайда против Чешской Республики ((реш.) (Cavajda v. the Czech Republic (dec.)), № 17696/07, 29 марта 2011) и Джирсак против Чешской Республики ((реш.) (Jirsak v. the Czech Republic (dec.)), № 8968/08, 5 апреля 2012 года) Суд опирался на тот факт, что ненаправленные замечания других сторон не содержали ничего нового или имеющего отношения к делу и решение Конституционного суда по каждому из дел не было основано на этих замечаниях. Аналогичным образом в деле Янцев против бывшей Югославской Республики Македония ((реш.) (Jancev v. the former Yugoslav Republic of Macedonia (dec.)), № 18716/09, 4 октября 2011 года) жалоба касалась отсутствия публичного оглашения решения суда первой инстанции. Суд пришел к выводу о том, что заявителю не был причинен существенный вред, поскольку он не являлся потерпевшей стороной. Суд также принял во внимание тот факт, что обязательство по сносу стены и уборке кирпичей, которое было возложено на него в результате его собственных незаконных действий, не представляло для него существенного финансового бремени. Еще одним делом, в котором заявитель не требовал непосредственно финансовой компенсации, было дело Саву против Румынии ((реш.) (Savu v. Romania (dec.)), № 29218/05, 11 октября 2011 года). В этом деле заявитель жаловался на неисполнение конкретных судебных актов, вынесенных в его пользу, в том числе об обязательстве по выдаче сертификата. В деле Гаглиано Гиорги против Италии ((Gagliano Giorgi v. Italy), № 23563/07, 6 марта 2012 года) Суд впервые рассматривал жалобу о продолжительности уголовного судопроизводства. Учитывая тот факт, что ввиду чрезмерной продолжительности судебного разбирательства срок тюремного наказания заявителя был сокращен, Суд пришел к выводу о том, что это сокращение компенсировало заявителю или частично уменьшило вред, причиненный ему вследствие чрезмерной продолжительности судебного разбирательства. Следовательно, Суд постановил, что заявителю не был причинен значительный вред. В деле Профессиональная футбольная лига Португалии против Португалии ((реш.) (Liga Portuguesa de Futebol Profissional v. Portugal (dec.)), № 49639/09, 3 апреля 2012 года) Суд привел ту же мотивировку, что и в упоминаемом выше деле Холуб (Holub). Вред в этом деле заключался в том, что заявителю не было направлено заключение прокурора, а не в сумме в размере 19 млн евро, которую могли обязать компанию выплатить. В заключение Суд установил, что компания-заявитель не понесла вред от того, что ей не было направлено указанное заключение прокурора. 

16. Возвращаясь к делам, в которых Суд отказался от применения нового критерия, в деле 3А.СЗ с.р.о. против Чешской Республики ((3A.CZ s.r.o. v. the Czech Republic), № 21835/06, 10 февраля 2011 года) Суд установил, что ненаправленные замечания могли содержать новую информацию, о которой компания-заявитель не знала. В отличие от серии дел Голуб (Holub) Суд не смог прийти к выводу о том, что компания не понесла значительный вред. Та же мотивировка приводится в деле БЕНет Прага, спол. с.р.о., против Чешской Республики ((BENet Praha, spol. s r.o., v. the Czech Republic), № 33908/04, 24 февраля 2011 года). 

17. В деле Лучанинова против Украины ((Luchaninova v. Ukraine), № 16347/02, 9 июня 2011 года) Суд отметил, что результат судебного разбирательства, которое, по словам заявителя, было незаконным и несправедливым, оказал определенное отрицательное влияние на ее профессиональную деятельность. В частности, признание заявителя виновной послужило основанием для ее увольнения. Таким образом, заявителю причинен значительный вред. 

18. В деле Ван Вельден против Нидерландов ((Van Velden v. the Netherlands), № 30666/08, 19 июля 2011 года) заявитель подал жалобу на основании пункта 4 статьи 5 Конвенции. Власти утверждали, что заявителю не причинен значительный вред, поскольку весь срок предварительного содержания под стражей был зачтен ему в срок тюремного заключения. Тем не менее Суд установил, что во многих Договаривающих Государствах существует распространенная процедура уголовного производства устанавливать срок содержания под стражей до вынесения окончательного приговора и засчитывать этот период в устанавливаемый приговором срок тюремного заключения; если бы Суд установил в целом, что любой вред, причиненный в результате предварительного содержания под стражей, является ipso facto незначительным в целях Конвенции, то это не позволило бы ему рассматривать огромное количество потенциальных жалоб, подаваемых на основании статьи 5. В связи с этим возражение властей, основанное на новом критерии, было отклонено. 

19. В упоминаемом выше деле Живич (Tivic) Суд установил, что материальный ущерб вкупе с затронутым в деле вопросом, а именно непоследовательной прецедентной практикой районного суда в г. Белграде относительно права на справедливую зарплату и равную оплату за одинаковую работу, являлся недостаточным основанием для отклонения Судом возражения властей, основанного на новом критерии. 

V. Требует ли принцип уважения прав человека рассмотрения жалобы по существу 

20. Второй элемент нового критерия рассматривается в качестве защитительной оговорки10. Он обязывает Суд продолжать рассмотрение жалобы даже в отсутствие значительного вреда, причиненного заявителю, если этого требует соблюдение прав человека, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней. Эта формулировка была извлечена из второго предложения пункта 1 статьи 37 Конвенции, где он выполняет аналогичную функцию в контексте решений об исключении жалоб из списка подлежащих рассмотрению дел. Она также используется в пункте 1 статьи 39 (бывшая статья 38) в качестве основания для заключения мирового соглашения между сторонами. Суд и Комиссия неизменно толкуют эти положения как требующие дальнейшего рассмотрения дела в случаях, где это необходимо, когда могут возникнуть вопросы общего характера, затрагивающие соблюдение Конвенции. 

10 См. Пояснительный комменатрий к Протоколу № 14, пункт 81. 

21. Такие вопросы возникают, например, когда существует необходимость убедить государство-ответчика устранить структурный недостаток, влияющий на других лиц, находящихся в той же ситуации, что и заявитель (дело Королев (Korolev), упоминаемое выше). Именно этот подход был использован в упоминаемом выше деле Фингер (Finger), в котором Суд не счел необходимым рассматривать вопрос о том, причинен ли заявителю значительный вред, поскольку принцип уважения прав человека требовал рассмотрения дела по существу (вопрос о потенциальной системной проблеме, заключающейся в необоснованной продолжительности гражданского судебного разбирательства, и о предполагаемом отсутствии эффективных средств правовой защиты). 

22. В упоминаемом выше деле Живич (Tivic) Суд также установил, что, хотя заявителю и не был причинен значительный вред, дело затрагивает вопросы, представляющие интерес в целом и требующие рассмотрения. Это дело демонстрирует, что иногда не проводится практически никакого различия между критерием «важного принципиального вопроса» согласно требованию о значительном вреде (который был впервые выработан в упоминаемом выше деле Королев (Korolev)) и защитительной оговоркой о соблюдении прав человека, требующей рассмотрения дела по существу. 

23. Аналогичным образом в деле Николета Георге против Румынии ((Nicoleta Gheorghe v. Romania), № 23470/05, 3 апреля 2012 года) Суд отказался от применения нового критерия, несмотря на незначительную сумму по делу (17 евро), поскольку для национальной юрисдикции требовалось принципиальное решение по этому вопросу (дело касалось вопроса о презумпции невиновности и равенства сторон в уголовном судопроизводстве и было первым после изменения национального законодательства). В деле Йухас Дурич против Сербии ((Juhas Duric v. Serbia) (пересмотр), № 48155/06, 10 апреля 2012 года) заявитель жаловался на выплату гонорара назначенному полицией адвокату в ходе предварительного следствия по уголовному делу. Суд пришел к выводу о том, что поднятые в жалобе вопросы нельзя считать тривиальными или не заслуживающими рассмотрения по существу, поскольку они относятся к функционированию системы уголовного правосудия. Таким образом, возражение властей, основанное на новом критерии приемлемости, было отклонено, поскольку соблюдение прав человека требовало рассмотрения дела по существу. 

24. Как отмечено в пункте 39 Пояснительного комментария, применение нового требования приемлемости должно обеспечить рассмотрение дел, которые, невзирая на свой тривиальный характер, затрагивают серьезные вопросы, влияющие на применение или толкование Конвенции, либо важные вопросы, касающиеся национального законодательства.  

25. Суд уже устанавливал, что соблюдение прав человека не обязывает его продолжать рассмотрение жалобы, если, к примеру, соответствующее законодательство было изменено и аналогичные вопросы уже были решены в рамках других рассмотренных им дел (Легер против Франции (исключение из списка подлежащих рассмотрению дел) [БП] (Leger v. France [GC]), № 19324/02, пункт 51, 30 марта 2009 года; дела Ринк (Rinck) и Федотов (Fedotov), упоминаемые выше). Также Суд не обязан рассматривать жалобы, если применимые в деле нормы права были отменены, а сама жалоба представляет исключительно исторический интерес (дело Адриан Михай Ионеску (Adrian Mihai Ionescu), упоминаемое выше). Аналогичным образом принцип уважения прав человека не обязывает Суд рассматривать жалобу, если Суд и Комитет Министров уже вынесли решения по системной проблеме, например неисполнению постановлений внутригосударственных судов в Российской Федерации (дело Васильченко (Vasilchenko), упоминаемое выше), в Румынии (дела Гафтонюк (Gaftoniuc) и Саву (Savu), упоминаемые выше), в Молдове (дело Буров (Burov), упоминаемое выше) или в Армении (Гурурян против Армении ((реш.) (Gururyan v. Armenia (dec.)), № 11456/05, 24 января 2012 года). Кроме того, когда речь шла о длительности судебных разбирательств в Греции (дело Киуси (Kiousi), упоминаемое выше) или в Чешской Республике (дело Гавелка (Havelka), упоминаемое выше), Суд имел множество возможностей рассмотреть этот вопрос в предыдущих постановлениях. Этот принцип также применяется к вопросу о публичном оглашении судебных актов (дело Янцев (Jancev), упоминаемое выше) или о возможности знать о замечаниях или доказательствах, представленных другой стороной, и приводить свои доводы по ним (Базефюк против Украины (реш.) (Bazefyuk v. Ukraine (dec.)), № 49275/08, 27 марта 2012 года). 

VI. Было ли дело надлежащим образом рассмотрено национальным судом 

26. Наконец, подпункт «b» пункта 3 статьи 35 не позволяет отклонить жалобу на основании нового требования приемлемости, если дело не было надлежащим образом рассмотрено национальным судом. Цель этого правила, определенного разработчиками как «вторая защитительная оговорка»11, заключается в том, чтобы обеспечить рассмотрение каждого дела судом на национальном или на европейском уровне. 

27. Таким образом, цель второй защитительной оговорки заключается в том, чтобы не допустить отказ в правосудии для заявителя (дела Королев (Korolev), Гафтонюк (Gaftoniuc) и Федотов (Fedotov), упоминаемые выше). Заявитель должен иметь возможность представить свои аргументы в рамках состязательного производства как минимум на одном уровне внутригосударственной юрисдикции (дела Адриан Михай Ионеску (Adrian Mihai Ionescu) и Штефанеску (Stefanescu), упоминаемые выше). 

28. Вторая защитительная оговорка созвучна с принципом субсидиарности, отраженным, в частности, в статье 13 Конвенции и требующим наличия на национальном уровне эффективного средства правовой защиты от нарушений. Согласно подходу Суда слово «дело» не следует приравнивать к слову «жалоба», другими словами, жалоба, поданная в Европейский Суд. Иначе было бы невозможно объявить неприемлемой жалобу на нарушения, предположительно допущенные органами высшей инстанции, поскольку их действия по определению не могут быть предметом дальнейшей проверки на национальном уровне (дело Холуб (Holub), упоминаемое выше). Таким образом, «дело» понимается как иск, жалоба или требование заявителя, поданное в национальные суды. 

29. В деле Дудек против Германии ((реш.) (Dudek v. Germany (dec.)), № 12977/09 и другие, 23 ноября 2010 года) жалоба на чрезмерную длительность гражданского судопроизводства, согласно 

11 Там же, пункт 82. 

законам Германии, не была должным образом рассмотрена внутригосударственным судом, поскольку законодательством еще не было предусмотрено эффективное средство правовой защиты. Следовательно, в этом случае новый критерий не может быть применен. В упоминаемом выше деле Фингер (Finger) Суд установил, что основной вопрос по делу заключался именно в том, могла ли жалоба заявителя на предполагаемую необоснованную длительность судебного разбирательства быть надлежащим образом рассмотрена на национальном уровне. Таким образом, дело не могло соответствовать второй защитительной оговорке. Тот же подход был использован в упоминаемом выше деле Флисар (Flisar). Суд отметил, что заявитель жаловался как раз на то, что его дело не было рассмотрено надлежащим образом внутригосударственными судами. Он также отметил, что Конституционный суд не рассматривал жалобы заявителя на предполагаемое нарушение гарантий, закрепленных в статье 6 Конвенции. Соответственно, Суд отклонил возражение властей, основанное на новом критерии. В деле Фомин против Молдовы ((Fomin v. Moldova), № 36755/06, 11 октября 2011 года) заявитель, ссылаясь на статью 6, жаловалась на то, что суды не привели достаточной мотивировки в своих решениях о признании ее виновной в совершении административного правонарушения. В этом деле Суд объединил вопрос о том, была ли жалоба должным образом рассмотрена национальным судом, с существом жалобы, в итоге отказавшись от применения нового критерия и установив нарушение статьи 6. Тем не менее, за исключением этих четырех дел, вторая защитительная оговорка не представляла собой серьезного препятствия для применения нового критерия. 

30. В отношении толкования понятия «надлежащим образом» новый критерий не должен толковаться так же строго, как требования справедливого судебного разбирательства в соответствии со статьей 6 (дела Адриан Михай Ионеску (Adrian Mihai Ionescu) и Профессиональная футбольная лига Португалии (Liga Portuguesa de Futebol Profissional), упоминаемые выше). Тем не менее, как это разъясняется в упомянутом выше деле Шумбера (Sumbera), некоторые недостатки в плане справедливости судопроизводства могут, в силу своей природы и выраженности, отразиться на рассмотрении дела «надлежащим образом» (в связи с этим Суд пришел к выводу о том, что новый критерий неприменим в деле Фомин (Fomin), упоминаемом выше). 

31. Кроме того, выражение «рассмотрено надлежащим образом» не требует, чтобы государство рассматривало по существу любую жалобу, поданную в национальные суды, какой бы необоснованной она ни была. В упоминаемом выше деле Ладыгин (Ladygin) Суд постановил, что если заявитель пытается предъявить требования, которые явно не имеют оснований в национальном законодательстве, последний критерий, предусмотренный подпунктом «b» пункта 3 статьи 35, считается тем не менее соблюденным. 

VII. Заключительное замечание

32. За два года действия пункта 2 статьи 20 Протокола № 14 Палаты Суда применили новый критерий приемлемости к 26 жалобам, поданным на нарушения статей 6 и 13 Конвенции, статьи 1 Протокола № 1, при этом большинство дел относилось к статье 6. Аналогичным образом вопрос о применении нового критерия был рассмотрен и отклонен в делах, инициированных по жалобам на нарушения тех же статей (за исключением упоминаемого выше дела Ван Вельден (Van Velden)). Новый критерий был рассмотрен и отклонен Судом еще в 16 делах. Обе серии этих дел приводятся в приложении к настоящему Отчету. Начиная с 1 июня 2012 года, с момента, когда новый критерий может применяться единоличным судьей, его продолжающееся влияние можно будет оценить на основании соответствующей статистики. 
 
Приложение А 

СПИСОК ДЕЛ, В КОТОРЫХ БЫЛ ПРИМЕНЕН НОВЫЙ КРИТЕРИЙ ПРИЕМЛЕМОСТИ 
 
Приложение Б

СПИСОК ДЕЛ, В КОТОРЫХ БЫЛО ОТКАЗАНО В ПРИМЕНЕНИИ НОВОГО КРИТЕРИЯ ПРИЕМЛЕМОСТИ  

© Council of Europe/European Court of Human Rights, 2012  
[Совет Европы / Европейский суд по правам человека]  
 
Настоящий отчет подготовлен Отделом исследований и не имеет обязательной силы для Суда. Отчет был опубликован в 2012 году и охватывает судебную практику до июня 2012 года.  
 
Отчет доступен для скачивания по адресу: www.echr.coe.int (Case-law – Case-Law Analysis – Research reports). 
 
Настоящий перевод публикуется по согласованию с Советом Европы и Европейским Судом по правам человека; исключительная ответственность за перевод лежит на Российском ежегоднике Европейской конвенции по правам человека. 

http://www.echr.coe.int/Documents/Research_report_admissibility_criterion_RUS.pdf

  • Like 1
Link to comment
Share on other sites

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Guest
Reply to this topic...

×   Pasted as rich text.   Paste as plain text instead

  Only 75 emoji are allowed.

×   Your link has been automatically embedded.   Display as a link instead

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Loading...